– Ти мене отруїти вирішила? – Не отруїти, а вилікувати, – поправила Зінаїда. – Ти ж сам казав – товариський. А касторка, Гришо, вона товариськість утихомирює. Бо коли в людини живіт крутить, то йому не до ромашок. Йому до вбиральні
Зінаїда була бабою не злою, але злопам’ятною. Образи вона не збирала – вона їх складала. Як картоплю у льох: акуратно, за сортами, із запасом на зиму. І коли льох наповнювався – Зінаїда вживала заходів. Чоловік її Григорій, був трактористом. Мужик видний: плечистий, вуса – що в Коцюбинського, руки – хоч цвяхи забивай. Трактор свій він … Читати далі